Все инстинктивно посмотрели на часы.

Начали!

Мы решили показать руки Куницы, когда он карабкается на крышу. Готовы? Мотор!

Появилась скрюченная рука, хватающаяся за край крыши, потом вторая, и очень медленно, на лице огромное напряжение, возникла голова, а затем и вся фигура Куницы. Очень хорошо, сказал я, испытывая воодушевление, Теперь падай вперед. Вот так.

Слабый свет фонаря, горевшего вполсилы, позволял контрастнее показать белую одежду Куницы на фоне темноты. Двигайся к баку. Коротышка, чуть-чуть вперед. Наш карлик держал фонарь над головой, и если бы

он не подвинулся вперед, на баке осталась бы тень, отбрасываемая Тощим и штативом камеры. Садись! Правильно, подопри голову рукой. Ты снимай, пока я не скажу, предупредил я Тощего. Дыши тяжело. Так. Закрой глаза. Очень хорошо. Открой глаза и снова закрой, как будто ты борешься со сном, сейчас заснешь. Отлично, сказал я Кунице. Снимай, Тощий. Дыши глубоко, Куница. Еще раз. Хорошо. Так и сиди, только голову немного наклони. Снимать? спросил Тощий. Снимай, снимай.

Я посмотрел на часы и отсчитал сорок секунд. Теперь вставай и иди налево. Нет, нет, сначала открой глаза и посмотри налево, а потом начинай вставать, но только медленно. Хорошо. Пройди немного на четвереньках. Вот так. Сейчас ты встанешь на ноги, но с большим трудом. Очень хорошо. Руки двигаются к ширинке. Хорошо. Стоп! сказал я Тощему.

В этот момент прозвучал сигнал о том, что кончилась пленка. Сиди спокойно, Куница, не двигайся, предупредил я. Я больше не могу терпеть!