Вопрос решен.

До четырех еще было время. Я попросил маму нагреть воду для мате и предложил Маргарите сбегать вместе за лупой. Она улыбнулась и согласилась. Воспоминание о поцелуе в темном зале жило в нас обоих, растекаясь горячими волнами по всему телу. Нужен был удобный случай. Из дома мы выбежали взявшись за руки, как брат и сестра. Повернув за угол, наскоро поцеловались и бросились бежать дальше, понимая, что времени у нас мало. Войдя в магазин, она закрыла дверь на ключ и потащила меня в самый конец коридора, где рядом со складом была контора. Все это время у Маргариты было лицо заговорщицы, но, обняв ее, я ощутил дрожь и понял, что в глубине души она боится не меньше меня. Я стал гладить ее волосы, целовать лицо, потом губы и шею, она стонала, кусала меня за ухо, все сильнее сливаясь со мной в объятии. Я бы не решился пойти дальше поцелуев, но она сама расстегнула молнию на моих брюках. Я не посмел бы, несмотря на немыслимое наслаждение и радость, потому что у меня из головы не шел образ друга, чувство вины перед ним, горькое чувство предательства. Я желал и в то же время не желал полноты обладания, которое было так близко. Мне казалось, что кто-то следит за нами, стоя за дверью. Мы уже лежали раздетые на ковре, как вдруг я увидел Мавра и себя, мысленно объясняющего ему, как начался этот столь роковой для всех нас роман. Я целовал ее прекрасную грудь, живот, темный треугольник волос и, несмотря на дрожь во всем теле, вдруг с ужасом и отчаянием понял, что ни на что не способен. Тщетно пытался я исправить положение, мое бессилие было очевидно. Слезы душили меня, я спрятал лицо, не разжимая объятий. Она вся дрожала, крепко обхватив меня ногами, но я ничем не мог ей помочь. То, что должно было случиться, не случилось. Она все поняла и легким движением тела опрокинула меня на спину, приблизила свое лицо ко мне так близко, что я не мог избежать ее взгляда, хотя мне было больно смотреть ей в глаза. Я люблю тебя, прошептала она очень отчетливо.

Потом стала целовать меня долгими и сильными поцелуями, играя моим языком и губами, улыбаясь и прижимая свой рот к моему всякий раз, когда я пытался ей что-то объяснить. Ее губы нежно касались моего уха, шеи, живота, она глубоко вздохнула, о, как я люблю тебя, и вдруг я почувствовал, что происходит чудо, на которое уже не надеялся. Слезы снова подступили к горлу, на этот раз от счастья, я смог прошептать ей, что тоже безумно люблю ее и давно мечтаю быть всегда с нею. Она снова поцеловала меня, и я закричал от сладкого счастья нашего слияния. Никогда бы я не поверил, что Маргарита способна сотворить со мной такое чудо, заставить забыть о призраках, неотступно преследовавших меня с того самого момента, когда я понял, что хочу ее. Внезапно меня переполнило странное чувство уверенности, передо мной открылись широкие горизонты, мне казалось, что я все могу.