Тихо-тихо в зале.

Слышно только, как страницы шелестят. .. Но что-то нет у Намыра с Жамат нынче рабочего настроения. Видно, обленились без лекций, без обязательных занятий. Не усидели за столом.

На улице светло, погодка ясная. На солнышке уже ледок подтаивает.

Вдруг надумали пойти в кинотеатр Алатау. Показывали Макбета фильм, уже виденный обоими.

Немного наивная по натуре Жамат вновь была потрясена злобой и коварством героини и все время льнула к плечу Намыра, как бы ища защиты.

Когда вышли из кинотеатра, солнце уже зашло, сумерки сгустились. Девушка задрожала от холода. Намыр. начала было Жамат и замолчала.

Ветер с гор задувал все сильнее, пробирался под одежду, и Жамат все теснее прижималась к Намыру. Тело ее было совсем близко, а душа и мысли далеко. Почему, Намыр, злоба и коварство так легко прокладывают себе путь? ..

Зажглись фонари, и на Комсомольской стало светлее. Но впечатления от фильма не рассеивались. Щеки Жамат разрумянились на морозце, как два спелых яблочка. Лицо у девушки задумчивое, кроткое.

Намыр с умилением поглядывал на свою спутницу. Таков закон жизни. Не думаю, что закон на стороне зла, задумчиво произнесла Жамат. Она поняла его чересчур прямолинейно. Но зло ведь не ходит с открытым лицом. На нем всегда маска, скрывающая хитрость и обман. Значит, дурного в жизни больше, чем хорошего? Я этого не говорил. Но мы ведь оба с тобой медики и отлично знаем, что такое заразные заболевания. Микробы зла очень сильны и губительны. И если они проникают в человеческий характер, то ничего хорошего это не сулит. Но есть же лекарства? упорно стояла на своем Жамат. Лекарство против зла это добро. Боюсь, что само по себе добро против зла бессильно. .. Это было бы так, если бы плохих людей на свете было больше, чем хороших. А их меньше?