Прекрасная, единственная в мире страна.

Где в дружной семье живут представители всех рас и

народов, вот что получают жители Мальвинских островов, ранее отрезанные от всего мира и брошенные на произвол судьбы! Как ты думаешь, Малыш, война будет? спросил Куница. Не знаю, не нравится мне все это. Мне тоже. Жили себе спокойно. Да, подтвердил Коротышка. Это был кладбищенский покой, заметил я, и все же. Они с удивлением посмотрели на меня, как бы не понимая, о чем это я, но нет, они все понимали. Слыхал, русские летают над нашими кораблями, сказал Почтальон. А американцы шпионят за нами со спутника, парировал Тощий. В хорошем дерьме мы сидим, друзья, изрек Куница. Морская блокада, воздушная блокада, экономическая блокада, атомные подводные лодки, спутники. Иногда мне кажется, что за мной кто-то наблюдает сверху, сказал Коротышка. Мавру тоже так кажется, послышался голос Маргариты.

Заявление Галтиери о том, что конфликт может вылиться во второе Сараево обеспокоило нас. Ни в Аргентине, ни в Лондоне никто не мог гарантировать, что конфликт не обретет мировые масштабы, что над нашими головами в один прекрасный момент не начнут летать самолеты и взрываться черт знает какие устройства. Военный завод в Сан-Тито, всегда изготовлявший диски для плуга и железнодорожные вагоны, теперь перешел на производство боеприпасов и представлял собой прекрасную цель для вражеской авиации. Не будем накладывать в штаны раньше времени, а? сказал Коротышка. Тебе-то что, тебя все равно не призовут. Почему это меня не призовут? Потому что у тебя краник не вырос, объяснил Куница, посмеиваясь.