ЕПИТИМЬЯ

На Святой неделе должен был дядюшка Лино исповедоваться. Священник знал, что он падок на табак, и потому наложил на него епитимью: одна сигара в день. Пошел он вечером в церковь, а там его уже ждали мальчишки, и каждый припас для него сигару, чтобы он рассказывал им разные истории. На площади дядюшка Лино уселся на ступеньки лестницы, которая вела на хоры, и принялся думать, что же ему делать, когда так хочется выкурить все сигары, тут-то ему и пришла хорошая мысль в голову, забрал он все сигары и воткнул

одну в другую, огромная сигарища получилась, такая длиннющая, что прикуривать пришлось от фонаря, что ярко горел в Троначе, в одной лиге отсюда.

КАК ДЯДЮШКА ВЕРЕВКИ ПРОДАВАЛ

Дядюшка Лино заметил, что веревки хорошо идут на базаре в Аскопе. Когда толстые листья питы созрели, он нарезал их в Каскабамбе целую гору и, пока пас своих коров, сплел веревки. А когда кончил плести, понял, что понадобится не один мул, чтобы увезти столько веревок.

Но в один прекрасный день он пришел к тетушке Чуспе в Каскабамбу и сказал ей, чтобы она связала все веревки вместе, а тем временем он на своем муле спустится вниз, в долину. При въезде в Аскопе он спешился и стал продавать веревки.

ТЫКВА НА ОГОРОДЕ

Дядюшка Лино спустился к Чилете со всеми своими вьючными мулами. Тут его предупредили, что к тому месту, где он расположился, идут чилейцы. Дядюшка Лино боялся, что они отнимут у него скотину, он поскорее навьючил мулов, оседлал своего черного и собрался было подняться по склону Контумаса, но тут на огородах повстречался ему человек, который сказал, что чилейцы уже тут как тут. Что делать-то? спросил себя дядюшка. Вдруг видит, лежат в огороде огромные тыквы, подбежал он к ним и прорубил своим мачете дыру в самой большой тыкве, загнал внутрь всех мулов, а дыру закрыл изнутри.

Так они там и просидели два дня, ели тыкву, когда снаружи стало тихо, он вывел мулов и сказал: Давай бог ноги!