Ну вот, видишь?

Если даже наш мозг атрофируется от бездействия, представь себе, что происходит с нашим телом. Так мы начали бегать. В банки из-под молока мы засыпали цемент, чтобы тренироваться в подъеме тяжестей, качали пресс, отжимаясь на досках. Когда выпадали свободные минуты, мы запирались в комнате, раздевались догола и выполняли до третьего пота всевозможные упражнения перед зеркалом, держа в руках банки с цементом и наблюдая за сокращением мышц. Мавр был выше меня на целую голову и намного сильнее. Мы часто боролись, и он всегда побеждал. Даже в этом я не мог сравняться с ним.

Рабочие старались изо всех сил, но вместо выражения страха на их лицах появлялась какая-то вымученная гримаса, скорее похожая на улыбку. Может быть, им было смешно. Пленка кончилась в тот момент, когда они во второй раз выходили из ворот, пытаясь изобразить именно то, что просил Мавр, терпеливо инструктировавший их с зажатой в зубах сигаретой.

Я хлопаю в ладоши, вы думаете, что стреляют и пугаетесь, - говорил он. Готово? Мотор!

Через несколько секунд в камере что-то засвистело, и она застопорилась. Стойте, стойте, ребята! Возвращайтесь назад, надо перезарядить пленку.

С самого начала было ясно, что добиться реализма в таких условиях трудно. Мы с Тощим еще до съемок говорили, что надо идти в полицейское управление и просить разрешение произвести несколько выстрелов. Но Мавр, а с ним и все остальные были категорически против. Они не хотели больше рисковать, пусть уж лучше у нас не получится эпизод, чем запретят фильм. Надо снимать картину, не обращая внимания на трудности. В полицейском управлении от нас давно требовали сценарий, желаем, мол, ознакомиться, мы сказали, что сценарий не написан, так оно и было, но они не поверили, мы, мол, знаем, что в кино не импровизируют. Даже заявились на съемки первых сцен, но долго не выдержали, полезли на стенку от наших бесконечных репетиций и приготовлений. Больше они не приходили, удовлетворившись кратким содержанием в письменном виде. Турок попросил оставить нас в покое. Под мою ответственность, заявил он, предварительно выслушав речь комиссара полиции о том, что органы безопасности обязаны держать под контролем всю страну, в том числе и культурную жизнь. Турку мы не рассказали содержания картины под тем предлогом, что, если он будет все знать заранее, картина потеряет для него всякий интерес, он не сумеет оценить ее по достоинству.