Ну, того врача, что дал справку Мавру.

Я действительно считаю, что сделал за эти несколько месяцев больше, чем за всю жизнь. Покинув казарму 141-го батальона с белым билетом в руках освобожден от военной службы, диагноз: я осуществил следующий шаг и сказал родителям, что уезжаю учиться в Кордову. Борьба длилась несколько дней, они ни за что не хотели обрывать связывающую нас пуповину. В ход был пущен настоящий шантаж: мама заболела, папа перестал со мной разговаривать, мне дали понять, что денег на капризы ребенка нет и не будет. Маргарита тоже прибегла к шантажу: слезы, поцелуи, жаркие объятия, но постепенно и она поняла, что меня все равно не удержать. Тогда она резко изменилась. Совсем другой человек, даже смотрит по-другому, обнимает не так, как прежде. Для меня это было загадкой. Я обещал ей, что мы будем встречаться по выходным, одну неделю в Кордове, другую в Сан-Тито, умолял поехать со мной, продолжить учебу, но она себе вбила в голову, что это не для нее. У меня мозгов не хватает, Малыш. Кто тебе сказал? Папа. А ему сказали врачи. Ты считаешь, что неспособна учиться? Да, сказала она и для убедительности кивнула головой. Может быть, тебе просто не нравится учиться? Не нравится, потому что не получается. - Но есть легкие специальности, два-три года учебы. Ты ведь не хочешь обречь себя на бесцельное существование?

Она промолчала. Ты прошла медицинское обследование? Нет. Тогда откуда же ты знаешь. Я всегда приносила плохие отметки, каждый день. Папе надоело лупить меня, он понял, что все это пустое. Давай прекратим этот разговор. Мне хотелось, чтобы мы были вместе, вздохнул я.