Ну, это верно.

Пигуй открыл свой чемоданище, и Панкан рот разинул там были какие-то штуковины, которых в наших местах никто отродясь не видел. Тьфу ты, ну и чертовщина! угадал Панкан. Это называется кино, сообщил ему Пигуй свысока, оттуда появляются всякие картинки, вроде как в проекторе засунута жизнь, и она появляется перед глазами, стоит мне повернуть эти колесики. Панкан ошалел от радости. Даже предложил Пигую, что будет помогать ему даром столько дней, сколько ему отмерил господь, лишь бы посмотреть на жизнь, которая появляется из этих железок. Его восторженность произвела впечатление на Пи-гуя, и он принял предложение. И ни тому, ни другому невдомек было, что договор их скрепила сама смерть. Добрались они до алькальдии, и уж не знаю, о чем они там беседовали с алькальдом в жизни не интересовался словами этого сукиного сына, а только вскоре после того, как Панкан, Пигуй и чемоданище оказались в алькальдии, муниципальный зал оцепили солдаты. Говорят, что Панкан с Пигуем на себя не похожи были, их прямо трясло. Еще бы! Ведь в муниципальный зал пустили только хозяина аптеки, священника, господ из верхнего квартала, в общем, всех шишек. Мне рассказывали, что из зала слышалось, как Панкан всхлипывал и умолял: ну пожалуйста, сеньор Пигуй, пожалуйста, сделайте так, чтобы оттуда появилась жизнь, пусть выйдут люди. И еще тот человек, что шел мимо, говорил, будто ясно слышал, как Пигуй кричал: Черт вас всех подери! Я не буду показывать, я привез кино не для вас, а для всего селения, сволочи вы! Я буду убивать тебя медленно, понял, кусок дерьма, сказал алькальд, клянусь, сеньор Пи.гуй, живым тебе не бывать, клянусь своей матерью. Сука твоя мать! выкрикнул Пигуй, и больше его голоса никто не слышал. Обоих в каталажку запихнули. Панкан спятил, все твердил без умолку: кино, приехало кино, сегодня первый сеанс! На обоих живого места не было, сплошная запекшаяся кровь, два мостра, да и только. Монстра? А я говорю, мостра. Ты же понимаешь меня? Ну и все. Через две недели в каталажку явился алькальд. Вонь стояла такая, что он зажал нос и крикнул:

Ну, Пигуй, будет кино или нет? В ответ ему раздалось только это: Ну, Пигуй, будет кино или нет. Бог знает, сколько дней прошло, как они померли. Бог знает. Если попадешь в каталажку, увидишь, что Пигуй на стене написал. Надпись и побелкой замазывали, и черной краской, и варом. а потом им надоело, и они оставили все как есть.