Все равно заранее известно.

Что они его не помилуют. Вместо этого он предложил предательский выстрел в спину, подчеркивающий неоправданную жестокость их поведения. Мысль показалась мне неплохой, и мы записали ее в тетрадь как один из вариантов финала. В самом конце, по мнению Куницы, камеру следовало установить на плавающем в грязной воде трупе и медленно наводить ее на убийц, уходящих вдаль с перекинутым через плечо оружием. Нельзя было упускать из виду, что с каждым днем становилось все холоднее. Если мы не отснимем сейчас убийство, то по крайней мере должны сделать сцену с полупогруженным в воду трупом. Для этого прежде всего нужно решить, стреляют ли бандиты ему в грудь или в спину, потом как будет плавать труп: на левом или на правом боку, от этого зависело, с какой стороны наносить томатной пастой красные пятна на рубашку убитого. Затем нужно было сделать перебивку: перевести камеру на удаляющихся убийц, но именно этого мы сделать не могли, потому что убийц играли Мавр и Ибаньес. Никак не удается закончить съемки. Тощий не переставал иронизировать по этому поводу, и, чтобы заткнуть ему рот, я предложил заснять на закате труп преступника, плавающий в пруду. Согласны? Окей, ответили все. Тогда ладно. Ты, Коротышка, пойдешь за томатной пастой. Может, у тебя дома есть, было бы прекрасно. Если нет, купи самую дешевую баночку. Еще что? Все. Не спутай, Коротышка! крикнул ему вслед Почтальон. А то, чего доброго, купишь баночку горошка. Заткнись, кретин! Давай побыстрее. Может быть, ты зайдешь к Ибаньесу? спросил я Почтальона. Вдруг он уже вернулся. Зайду. Сказать, чтобы пришел? Если может. Если нет, пускай обязательно приходит в субботу. Забеги домой, поищи, нет ли у вас какой-нибудь старой, изъеденной молью шляпы, чтоб сделать капюшон. У меня есть, сказала Маргарита. Я пойду с Почтальоном. Окей.

Опять она уходит. Во рту пересохло, мне хотелось крушить все вокруг, я был зол на весь мир и в первую очередь на самого себя. Недотепа! Всю неделю я мечтал, как, лежа на траве в каком-нибудь укромном уголке парка, мы с ней будем любоваться полетом спутника. Ей должно очень понравиться. Я уже решился совершить предательство, самое страшное предательство в моей жизни. Но ничего не вышло. Тощий, сказал я, когда мой взгляд уже не различал ее, давай сделаем несколько кадров с Куницей, пока их нет. Можно отснять, как он бежит среди деревьев. Давай, сказал он, обрадовавшись.