Но это только часть разгадки.

А его отчаянное нежелание идти в армию? Тоска, охватившая меня, когда мы прощались на автобусной остановке? Он заразил меня своей тоской, передал ее мне взглядом. Какие у него были грустные глаза! А депрессия, овладевшая мной, когда я сидел взаперти и никого не хотел видеть? Потом вдруг опять начал бегать в парке, словно хотел догнать его и принять эстафету. Его письма, мои письма, а эта просьба, похожая на завещание: Присмотри за Маргаритой! Потом был день всеобщего торжества, когда мы заняли Мальвинские острова, а у меня появилось вдруг ощущение, что мы уже никогда не будем такими, как прежде. Л мой страшный сон с этим чудовищем, вылезающим из пруда? Стихи, которые я сочинил, сидя на краю тротуара в ту ночь, когда Куница нашел пленки? Какое нагромождение воспоминаний, сколько предчувствий! Я посмотрел на часы, постучал по циферблату, привлекая внимание Ибаньеса, и встал. Надо продолжать, ребята. Все готовы? Работаем до конца без перерыва.

Мы отсняли все эпизоды преследования, сняли Куницу в разных ракурсах, так же как и в сцене погони за Маргаритой: спереди, сбоку, одного, преследуемого полицейскими, даже установили камеру на багажнике машины Ибаньеса и сняли его пробегающим прямо перед нами. Ему здорово досталось. И, хотя было довольно холодно, а на нем только белые брюки и рубашка с короткими рукавами, он весь взмок. Мы не могли удержаться от смеха: бежит изо всех сил, на лице написано

им меня не догнать, ^то напомнило мне сцену из фильма Хуан Морейра аргентинского режиссера Леонардо Фавио. Ибаньес и Почтальон бежали за Куницей с видом охотников, готовых прикончить загнанное животное. Все это выглядело так естественно, что никто не остался безучастным. Вокруг нас стали собираться жители окрестных кварталов. За все время мы не видели ни одного полицейского. Одно это уже было приятно, не говоря о людях, молча стоявших вокруг нас. Они не задавали лишних вопросов и по первой же просьбе освобождали съемочную площадку. Наконец мы остановились у лестницы. Все, давайте кончать. Хватит резину тянуть. Убиваем Куницу и идем домой. Я посмотрел в сотый раз на часы. Коротышка, принес томатную пасту? И пасту, и красную краску. Мне кажется, краска лучше. Я пробовал дома на белой тряпке. Получается более реалистично, сказал Коротышка.

Мы посмеялись над карликом, который стал употреблять много умных слов, а потом я попросил всех подойти поближе и посмотреть в тетради эскизы сцены убийства. Нужно показать жестокость, я бы даже сказал свирепость. Это по твоей части, Куница. Вообще вся сцена держится на тебе.