Нас звал наш патриотический долг.

Мы горели желанием бороться с оружием в руках против этих гнусных англичан, наше дело правое, и мы готовы защищать его. Чтобы быть в форме, мы начали тренироваться: каждый день в течение часа бегали по дорожкам парка, испытывая при этом небывалый энтузиазм, пожалуй, даже больший, чем когда снимали кино. Мы считали, что, в отличие от кино, на поле сражения нам не придется сталкиваться с людьми, ставящими палки в колеса. Теперь все зависело только от нас самих, а это уже другое дело, потому что ты чувствуешь, что нужен, и делаешь то, что нужно делать, все тебя понимают и поддерживают, какая-то непривычная обстановка полного единодушия, не допускающая инакомыслия, как это имеет место, скажем, в случае с Ибаньесом. В нашем ежедневном марафоне участвовал даже Тощий, несмотря на свою астму. Маргарита была готова бегать до седьмого пота во имя общего дела, даже отдать жизнь во имя победы, если ее просьба об отправке на фронт будет удовлетворена. Почтальон бежал в своей серой форме, сопровождаемый очаровательной блондинкой Лаурой, которая собственным примером сумела убедить нас в том, что для настоящей любви нет преград. Позади нашего каравана из чувства солидарности ехал на велосипеде Куница, колонну замыкал Коротышка, который не поспевал за нами. Рано утром, выходя из редакции, я снова пробегал четыре квартала до Соборной площади, чтобы поупражняться на прутьях ограды, повернувшись спиной к уродливой громаде из бетона и цинка, тихо спящей на площади, носящей ее имя> За всеми этими делами, без конца меняя батарейки в приемнике, вещавшем то о победах, то о поражениях, мы снова забросили детектив. Но зато в наших головах начал вырисовываться сценарий фильма о войне. Турок уже несколько недель водил нас за нос, обещая со дня на день дать ответ на прошение о материальной поддержке. Наконец он добился своего: нам надоело ждать, мы решили делать и эту картину за свой счет, рассматривая ее как наш вклад в Патриотический фонд, в общее дело победы. Даже Тощий согласился с такой постановкой вопроса, и думаю, что в данном случае его согласие сыграло решающую роль. Первым делом мы распределили обязанности. Куница считал, что отныне мы должны работать как единый сплоченный коллектив, наша группа вступает в новый этап своего существования и поэтому настало время как-то назвать ее. Это дело мы поручили Маргарите, которая, кроме того, отвечала за звуковые эффекты и руководила Коротышкой, вызвавшимся сочинить музыку для фильма о войне.