Июнь был в самом начале.

Из Алма-Аты на практику прислали трех студентов-четверокурсников. Среди них был Намыр с педиатрического факультета. Он попал под начало зав. детским отделением Саруар.

Познакомив его с распорядком работы, она выделила практиканту те палаты, какие ему предстоит вести ежедневно.

Саруар, которая уже давно сбивалась с ног, была рада новому помощнику. Она сразу принялась вводить пария в круг его дел и обязанностей. Прежде всего она начала знакомить будущего врача с его подопечными больными детишками. Тут она оказалась свидетельницей происшествия, которое всколыхнуло всю ее душу и растрогало до слез.

Когда Саруар с Намыром вошли в палату, дети встретили их молча, поглядывали: что же их ожидает? Саруар сообщила кратко: Вот, Намыр, это одна из палат, которую тебе предстоит вести. У-у, какие славные ребятишки, начал Намыр, приближаясь почему-то к постели Жолера.

Бедный ребенок, поняв, что вошедший мужчина направляется не к кому-нибудь, а именно к нему, заерзал, забеспокоился, личико его вспыхнуло огнем.

Казалось, он не мог поверить, что этот добрый дядя идет именно к нему, к Жолеру. Ведь он ждал того мужчину, которого сможет назвать папой. Не от долгого ли ожидания и болел он?

Покачиваясь на слабеньких ножках, Жолер встал без посторонней помощи и, держась за спинку кроватки и часто моргая, потянулся худеньким тельцем навстречу Намыру.

Едва Намыр приблизился и наклонился к малышу, Жолер вдруг схватил парня за шею и закричал: Папа, папа! И, повиснув на нем, замер, не издав более ни единого звука.

Все, кто наблюдал эту сцену, не смогли удержаться от слез.

Намыр хотел было усадить мальчика обратно на постель, но тот начал отчаянно визжать.

Практикант беспомощно озирался. Он единственный из присутствующих не понимал, в чем дело.

Наконец Саруар взяла себя в руки и подошла к Намыру. Не теряйся, дорогой. Сейчас, сейчас я тебе все объясню. Не отказывай ему в ласке, душа моя. Возьми его на колени, поцелуй в лобик. Ведь ты же любишь детей, а?