И дело приняло скверный оборот.

Глаза Жорабека, как стрелы, впились в меня. Будто гипнотизировал, призывая, чтобы на сей раз я не выступал против его мнения. Но я уже чувствовал, что схвачусь с ним, несмотря ни на что. И сам не знаю, как вскочил с места. Все сидящие разом повернули головы в мою сторону.

Товарищи, прошу выслушать со вниманием и правильно понять. Асан Наймапов мне не сват, не брат. Но я очень высоко пеню его талант, его исключительное трудолюбие и трудоспособность. Подумайте-ка. Ведь все мы педагоги. И не будем лечить тысячу лет. Так какое право имеем мы не думать о будущем сейчас, пока не поздно?.. А ведь все, что сказал нам Жореке о своем ученике, чистейшая клевета! И ставить подножку молодежи, подающей надежду, это безрассудство, если не сказать больше. Но оно впиталось в его кровь, стало его болезнью. Эгоизм и тщеславие, не замечающие никого вокруг себя! Ну, и еще кроме тех, кто, извините за резкость, готов лизать что угодно я когда угодно. Если же вернуться к Асану, то он поистине талантливый молодой человек. И делать сложные операции не дает ему опять же сам Жореке. Если не верите, спросите у него сами!.. Кто у нас в клинике делает больше операций, чем Асан? Никто! А способ операции на пищеводе Асана Найманова будет новым вкладом в хирургию не только в республике. Это вклад в науку всей нашей страны! .Так я закончил свою речь. Председательствовавший на заседании Ученого совета ректор посмотрел на меня испытующе:

-Вы ничего не собираетесь прибавить, Хамит Муратович? Может быть, расскажете о тех чудесах, о которых мы не слышали, изложите вкратце? отчеканивая каждое слово, произнес он.

Могу и рассказать. Вы все знаете, что самой сложной из хирургических операций в настоящее время является операция на пищеводе. Существует несколько способов. Но общими для них всех являются два весьма опасных момента. Возникающее уже в первые сутки осложнение расхождение швов, наложенных между пищеводом и желудком. И второе. Хотя человек после операции выписывается вполне выздоровевшим, он бывает вновь вынужден обратиться к врачу. Почему? Да потому, что после операций, производимых нынешними способами, пищевод начисто лишается обычного своего свойства не пропускать вверх желудочный сок. И беспрепятственно устремляющийся желудочный сок разъедает слизистую оболочку пищевода, снова и снова воспаляет ее, приводя к сужению просвета. Называем мы это на медицинском языке постоперационный эзофагит. И вот обреченным на такое страдание людям стоит только поесть, как начинается рвота.